Технике владения ножом научился за решеткой. На свободу из «Черного дельфина» попросился убийца десяти человек

Считается, что поезд — самый безопасный вид транспорта. С этим не согласятся близкие троих рабочих стройотряда — двух девушек и парня, ехавших из районов Крайнего Севера домой в Киров. Молодые люди стали жертвами маньяка Рината Гусейнова — их он зарезал прямо в тамбуре вагона. Дальше было еще 7 жертв, «Черный дельфин» и… желание выйти по УДО. 56.RU рассказывает подробности.

На дворе конец 80-х — время, когда уже вовсю закладывался фундамент той эпохи, которую потом будут называть лихими девяностыми. Как рассказал легендарный Леонид Каневский в одном из выпусков «Следствие вели» (16+), Ринат Гусейнов за решетку по обвинению в своем первом убийстве попал еще в 16 лет. Там опытные арестанты научили юношу боевым приемам с ножом, которыми он потом отправит на тот свет десять ни в чем не повинных человек.

Эпизод № 1. 1989 год. В вагоне поезда, идущего из районов Крайнего Севера в Киров, с разницей в несколько часов нашли тела трех человек — двух парней и девушки. Все убитые — молодые люди — возвращались домой со стройки. Каждому вонзили нож в грудь, а потом провернули орудие и фактически превратили резаную рану в рваный кровавый колодец. Когда проводники нашли тела первых двух жертв (парня и девушки), информация уже была на столе у начальника поезда. Железнодорожный руководитель настоятельно порекомендовал всем пассажирам не выходить из купе, а если нужно идти, например, в туалет, то брать с собой группу сопровождения из нескольких человек.

Но прошло несколько часов, и все будто бы и забыли о страшной находке. Тогда-то и случилась третья расправа. Не было сомнений, что это всё дело рук одного человека. Уж слишком похожими были раны. Поезд, как только появилась возможность, оцепили. Полицейские надеялись выйти на убийцу по горячим следам. Но одна из межвагонных дверей оказалось незапертой. Преступник прямо по ходу движения выпрыгнул. И затерялся в глухом лесу.

Уже на допросе Ринат сознается, что пошел на эти зверства из жажды крови: захотел попробовать, каково это — всего одним ударом ножа лишать человека жизни. А потом вошел во вкус. И захотел не просто кровавых разборок, а еще и свою ОПГ. «Помочь» Гусейнову согласились двое его братьев — Тимур и Руслан, последний из которых потом подтянул своего друга — Артура Пенясова, а также тюремный знакомый Рината — Алексей Долгов.

Эпизод № 2. Всё тот же 1989 год. Киров только-только стал забывать про страшную расправу в поезде, как вдруг маленький город сотрясает новость еще об одном громком преступлении. На обочине сельской дороги нашли тело таксиста Сергея Метелкина. Его служебная «Волга» пропала, а сам он лежал с характерной от проворота ножа раной. Вероятно, уже тогда бы следствие могло сопоставить почерк этого и предыдущего убийства. Но дело в том, что был и другой подозреваемый — директор таксопарка, в котором работал убитый.

Все извозчики в то время нет-нет да и накручивали с десяток-другой рублей к своим поездкам. А Сергей работал честно: сколько насчитал счетчик, столько и забрал. Начальству такой подход не нравился, и Метелкину не раз говорили, чтобы работал как все или с ним попрощаются. Дело даже до потасовки доходило. Но ни потенциальное увольнение, ни риски того, что у жены и детей не будет денег даже на кусок хлеба, не повлияли на Сергея. Посему подозрение пало и на руководство. Но эта версия почти сразу же отпала.

Эпизод № 3. Конец 89-го — начало 90-го. Сержант Александр Хадрин в тот день встречался с армейскими товарищами. Бывший пограничник был за рулем и поэтому от спиртного отказался. И именно трезвость, как бы это странно ни звучало, его и погубила. Александр решил подвезти друга Геннадия, и по дороге их остановили трое мужчин. Вскоре один из пассажиров попросил остановиться на минутку — якобы справить нужду. В этот момент на голову водителя накинули удавку. Геннадий выбежал, но его поймали, жестко избили, а потом облили бензином и подожгли.

Он выжил и даже добежал до ближайшего села. Врачи в реанимации долго боролись за него, и как только пострадавший пришел в чувство, перед смертью дал первую зацепку следствию — один из убийц говорил с акцентом. Но еще более весомую подсказку дал один из участников той расправы — Алексей Долгов. Причем сам того не подозревая.

Вскоре после убийства Хадрина Долгов отправился за решетку. Но не за убийство, а по обвинению в изнасиловании. Причем заявление на него написал не чужой человек, а его девушка. Статья, по которой он сидел, в криминальных кругах считалась «непочетной». Вот и решил Алексей поднять свой авторитет среди сокамерников и рассказал о своих зверствах. В это время в камере был человек, работавший на тюремное начальство. И руководство колонии почти сразу же узнало о кровавых проделках зэка.

С его помощью следователи и вышли на след Гусейнова. Который тоже к тому моменту угодил в места не столь отдаленные. И тоже не за убийство, а за хранение оружия. Причем попался случайно и он. Ринат делал предложение подруге, и когда пара обнялась, из кармана жениха выпал самодельный обрез. Убийца, как позже признается, рассчитывал, что за пару лет, что он проведет за решеткой, шумиха поутихнет и он вернется «в дело». И кто знает, не будь его подельник таким говорливым, всё, вероятно, могло бы сложиться и по такому сценарию…

Хотя показания он начал давать последним. Зато подельники расписали всё в красках. И его пугающий взгляд, и то, как он, прыгая на телах убитых, кричал и называл их… мясом. Уже когда все карты были на руках у людей в погонах, Ринат отправил тюремной почтой записку своим подельникам, где рекомендовал им бежать из колонии. А деньги на первое время им должна была дать та самая подруга, которой он в день задержания делал предложение руки и сердца. Записку эту перехватили, но дали преступникам довести план до конца.

В день икс ОПГ ворвалась в дом к женщине. Для ее мужа и ребенка стало шоком, что их жена и мать имела связи на стороне. Она и кольцо-то к тому времени уже продала, а вырученные деньги хотела отложить. За ними-то и пришли злоумышленники. Но полицейские были наготове и повязали банду прямо на месте преступления. Почти сразу они дали показания. Долгова допрашивали 11 часов подряд.

Сам же Ринат раскололся только после того, как ему показали ребенка. От той самой женщины, которую он бросил в Кирове. И уже тогда Гусейнов признался, что реальное число его жертв — больше десяти. В основном ими становились таксисты, машины которых потом продавались. За один автомобиль платили 5–6 тысяч рублей — по тем меркам солидные деньги.

Сколько всего извозчиков пало от рук убийцы и его ОПГ, так до конца и не известно. За все зверства его, как и Долгова, приговорили к смертной казни. Остальные подельники ограничились 15 годами колонии. О их судьбе информации в открытых источниках на данный момент нет. Решение суда озвучили в 1994-м — спустя 4 года с дня последнего преступления.

Но с вынесением приговора история убийцы не закончилась. После помилования ему заменили наказание на пожизненное лишение свободы. В 2008 году он даже пытался оспорить это решение: дескать, не хочется ему жить с таким грузом на душе, уж лучше расстреляйте, да и дело с концом. Но Верховный суд отказал ему в этом иске. Большую часть срока кировский потрошитель отбывает в соль-илецкой исправительной колонии № 6, более известной как «Черный дельфин». За всё это время он не раз жаловался на условия содержания в пенитенциарном учреждении.

А не так давно он захотел выйти на свободу. В администрации колонии посчитали, что Гусейнов так и не исправился, и подчеркнули, что с 2000 года, с которого он отбывает наказание в стенах «Дельфина», он не раз нарушал распорядок пребывания. Соль-Илецкий районный суд в итоге отказал ему в удовлетворении ходатайства. К слову, за всё время существования «Дельфина» в курортном досрочно оттуда еще никому выйти не удалось.

Также в колонии особого режима сидит иконописец Алексей Рыжанков. За что он получил пожизненное, читайте вот тут. Здесь история Марата Бузулукского, которого также не выпустили по УДО.

Также не так давно «Черный дельфин» прогремел еще одной резонансной новостью. Казанский стрелок Ильназ Галявиев женился на 18-летней журналистке.