«Волна пришла, дом сразу рухнул». Почему Дагестан пал под большой водой и что всплыло, когда она ушла: специальный репортаж

«Перед моими глазами унесло мою девочку. Кричала бедная: „Мама, спаси меня“», — описывала события катастрофы Самира, мать погибшей при потопе в Дагестане 12-летней девочки. Сейчас вода ушла, регион разгребает последствия.

В Махачкале так и лежат обломки рухнувшей многоэтажки, улицы превратились в месиво из грязи. Прорвав плотину, вода затопила федеральную трассу, унесла жизни шести человек — женщин и детей — и подчистую разрушила поселки.

Какие проблемы всплыли после смертельного наводнения в Дагестане? Как власти довели регион до катастрофы такого масштаба? Можно ли было избежать жертв? Разбираемся в большом репортаже MSK1.RU.

Вечером 5 апреля Зейнулла и Кевсер Халиловы вместе с 12-летним сыном и 5-летней внучкой поехали из села Великент в соседний город. Путь их пролегал мимо Мамедкалы по федеральной трассе «Кавказ».

О том, что вода течет с дамбы, властям было известно еще днем. В Мамедкале объявили эвакуацию. При этом, как говорят местные, участок федеральной трассы, лежащий на пути стихийного потока, решили не перекрывать. Там дежурили сотрудники ГАИ, но машины они не останавливали, как один твердят жертвы потопа. Родные погибших утверждают, что не знали об угрозе: в этот день в селе не было интернета, пропадала даже обычная связь.

На небольшом мосту над речкой Дарвагчай — именно по ней мощный поток двинулся с рухнувшей плотины на Мамедкалу — машины стали глохнуть. В одном из автомобилей ехала семья Балабековых. Они возвращались со свадьбы родственников. В салоне были: глава семейства Альберт, его жена, дочь с ребенком и сын с 17-летней беременной невестой — всего 6 человек. Именно этот факт станет триггером для правоохранителей.

Первой волной заглохшие на мосту автомобили прижало к ограждению. Люди выбрались через окна, помогли друг другу и попытались закрепиться на крышах. Надеялись, что их вот-вот вытащат спасатели. Но следом пришла вторая волна.

«Бах! И всё снесло. Перекинуло нас, там глубокая яма, перевернуло всех, и всё, каша. Я за ветки зацепился с таким трудом, вытащил ногу. Сын на дерево как-то залез. Дочка внизу за дерево ухватилась. Где жена, я даже не знал. Я кричу, ору: „Где вы, семья?“»

На трассе сносило знаки, заборы, газовые трубы и 500-килограммовые бетонные плиты. Всех, кто застрял на этом мосту, разбросало вниз по течению. Каждый пытался ухватиться за деревья, ограждения и снесенный мусор.

«На руках была моя девочка. На ветку поставила ее. Сама за другое дерево зацепилась. С корней ее дерево вырвало, с корней ушла моя девочка, — рассказала корреспонденту MSK1.RU Самира Балабекова, мать погибшей при наводнении 12-летней девочки. — Не смогла ее спасти, даже за ногу не могла ее схватить. Перед моими глазами ушла моя девочка. Кричала бедная: „Мама, спаси меня!“»

Бездыханное тело малышки достали из ила уже позже: ветки и солома застряли в коже, в глазах были колючки. Погибла и 17-летняя невестка Самиры — Белла (имя изменено). Она была на третьем месяце беременности.

«Брат вытащил Беллу (имя изменено) из машины. Поднял на капот, она упала с капота, брат ее схватил, пытался удержать. Она в секунды просто выскользнула, и ее унесло, — рассказала MSK1.RU ее тетя Раида. — Брат убивался, тоже хотел уйти за ними — за невесткой, за ребенком нерожденным… Я ему кричала: „Не надо! Остановись, брат. Хоть ты не уходи!“»

В семье Халиловых выжили только мужчины. Тела Кевсер вместе с 5-летней внучкой нашли на следующий день в нескольких километрах от моста.

«Люди слышали детские крики о помощи, девочка звала полицию, просила помощи. Кевсер была по жизни крепкая, сильная — и духом, и физически. Она просто так не сдалась бы, боролась бы за себя и за внучку», — уверен брат погибшей.

Выживших достали из воды только спустя несколько часов. Как рассказали родные Балабековых, вытаскивали их односельчане и очевидцы катастрофы. Ребята сами поехали в соседний магазин, взяли веревки, балки и полезли с этим снаряжением на глубину.

Пострадавшие еле ходили из-за обморожения. О страшном дне им напоминают фиолетовые гематомы и ссадины на теле. Многие получили отравление. «Что только мы там не глотали, до сих пор рвет и воняет от нас тухлой рыбой».

Отбросив людей с федеральной трассы и забрав жизни женщин и детей, вода двинулась на Мамедкалу — там уже шла эвакуация. Масштабов не понимал никто, поэтому ценные вещи и одежду на смену люди брать не стали.

Были и те, кто не знал о надвигающейся беде: в районе всё время сбоила связь. Кто-то не воспринял предупреждения серьезно и решил переждать наводнение дома — на вторых этажах и крышах — в надежде уберечь животных и хозяйство.

Как говорят старожилы, они лишь услышали крики: «Бегите, волна идет». Дальше — страх, суматоха, потери.

«Нам сказали: „Срочно уходите“. Внизу был дом родительский, упал, развалился весь. А у меня ничего не смогли спасти, всё выкинули. Мы остались ни с чем», — рассказала MSK1.RU жительница Мамедкалы Накет.

Стихия не пощадила никого. Каменные дома, стоявшие не один десяток лет в Дагестане, уносило словно соломенные. Машины тащило течением в огороды, прочь от дороги. Домашние животные захлебывались водой.

По официальным данным, в разрушенной Мамедкале в момент потопа погиб только один человек — 78-летняя Аминат Мусаева. Дом старушки как раз был в числе 30, стоявших на пути большой воды.

За несколько часов до трагедии пенсионерка с дочкой Ашурой самостоятельно эвакуировались — прошли весь поселок до безопасного жилища. Даже записали видео, где запечатлели уровень воды в реке, проходящей сквозь поселок.

Бабушка Аминат посмеялась над перепуганной дочкой, которая торопила ее к дому. Пенсионерка была уверена, что катастрофа обойдет их стороной. Ведь жители поселка никогда не видели ничего, кроме ливней. Они жили в этой местности поколениями.

Придя домой, Аминат с Ашурой обсудили внуков, посмотрели их фотографии, вспомнили былое. Когда дочка отправилась дальше заниматься воскресными делами, старушка, не сказав ни слова, ушла в свой дом пешком. Там остался ее теленок, о котором она беспокоилась весь вечер. Обратно она уже не вернулась. Сын Аминат выехал за матерью, вытащил ее из дома, но на пути их встретила волна.

«Когда волна ударила, их в его двор занесло. Брат уперся вместе с ней в фундамент. Но потом их шлепнуло по стене кухни. Брат говорит, признаков жизни уже у нее не было. Она ничего не говорила, — рассказала горюющая женщина. — Брата качнуло, и в этот момент мама улизнула с волной, а его под воду унесло».

Бабушку искали два дня. Волонтеры прочесывали местность, пока кто-то не заметил рядом с домом «бугорок». Как говорят близкие, на теле Аминат было лишь несколько синяков.

Вода превратила Мамедкалу в руины. Где-то выстоял забор, огородив жилище от основного удара стихии, а где-то сила была настолько сокрушительной, что от строений остались лишь кирпичи. Так, например, произошло с домом пенсионерки Сакинат. Он просто не выдержал и рухнул. Ни стен, ни крыши — одна только пыль и камни.

Таких домов здесь сотни. Люди ждут комиссий, которые решат, можно ли восстановить жилье. Но готовятся все к худшему — сносу и новой стройке.

«Как только комиссия пройдет и дом признают нежилым, мы его снесем. Дома у нас больше нет», — объяснила MSK1.RU внучка бабушки Аминат.

9 апреля затопленные дома и их собственников посетил глава МЧС России Александр Куренков. Он возглавляет правительственную комиссию по ликвидации последствий паводков в республике. В окружении охраны министр выборочно навестил пострадавших от наводнения.

Увидев главу МЧС, местные жители тут же обступили его и начали жаловаться. Люди пытались добиться ответов от чиновника на два вопроса: почему их не спасали сотрудники МЧС и будут ли им компенсировать потерянное имущество.

Разговоры были шумными и жесткими. Министр парировал: «То, что вы сейчас говорите, говорит о том, что вы мало что знаете. Именно поэтому я сюда пришел. Приедет штаб, и вы сможете обратиться туда со всеми вопросами, которые сейчас идут».

Министр заверил толпу пострадавших, что компенсацию получат все, кто подаст заявление через МФЦ. А еще предложил обратиться через «Госуслуги», чтобы ускорить процесс. Такую идею в регионе с еле работающей связью не оценили.

Местные говорят, что пробиться в МФЦ невозможно. Сейчас возле каждого отделения выстраиваются гигантские очереди.

«Мы вчера пошли утром в этот МФЦ. Они требуют, чтобы все члены семьи были. Позвонили, собрались, сидим два часа, если не больше, — поделилась опытом посещения МЦФ хозяйка разрушенного дома в Мамедкале. — Там очередь, надо ждать целый день. Мы говорим, запишите наши номера. Разве можно столько ждать? Нам же надо идти, дом разгребать, он в таком состоянии».

Спустя более чем неделю после страшного потопа уже абсолютно ясно, что именно разрушение Геджухского водохранилища привело к смертям и оставило сотни людей без крова. Без прорыва плотины ущерб от наводнения был бы намного меньше.

Сейчас вода из рек продолжает с грохотом срываться вниз через «коридор» в плотине. Сама опустошенная чаша водохранилища напоминает марсианский пейзаж. Даже несведущему человеку в глаза сразу бросаются масштабы грязевых отложений. Это ил — свидетельство того, что плотину чистили неохотно.

«Отсутствие, как я понимаю, обслуживания этого водохранилища [привело] к разрушению [плотины], которое вызвало вот катастрофу. Водохранилище надо чистить периодически. Емкость для воды должна быть свободная, которая позволяет и паводок регулировать, и воду выдавать, — объяснил в беседе с MSK1.RU Михаил Болгов, гидролог и специалист по использованию водных ресурсов. — Естественно, когда мы ил не убираем, то эта емкость уменьшается. В данном случае это сработало как отсутствие безопасности. То есть объем воды, который мог бы быть там сохранен, оказался заполнен».

Действительно, дамбу регулярно проверял Ростехнадзор и выписывал предостережения. Были ли устранены нарушения, неясно. Сейчас в работе у Ростехнадзора новая проверка состояния дамбы — ее начали уже после трагедии.

Геджухское водохранилище построили в 1966 году для орошения полей и масштабных плантаций винограда. Естественно, при СССР дамба принадлежала государству.

Как заявляется сейчас, плотину в Геджухе в 2015 годах арендовали дагестанские виноделы. Последние годы водохранилище использовало ООО «ДЗИВ-2» — дочерняя компания Дербентского завода игристых вин (ОАО «ДВИЗ»).

За последние 20 лет «Дербентские игристые вина» стали одним из лидеров по объемам производства вина в РФ. Так, за 2025 год они заработали колоссальные суммы: напродавали алкоголя на 2 млрд рублей и чистыми заработали 800 млн рублей. Уже несколько лет компания официально не раскрывает бенефициаров и не предоставляет их в отчетах ФНС.

Хоть официально компания и является акционерном обществом, все эти крайне ценные активы сосредоточены в руках одной семьи. Конечными владельцами бизнеса являются отец и сын Садулаевы.

За гендиректора, основного владельца завода и главу семьи виноделов Магомеда Садулаева уже начали публично вступаться высокопоставленные люди Дагестана. На днях СМИ со ссылкой на заседание оперштаба с главой региона Сергеем Меликовым сообщили, что Садулаев выделил более 330 млн рублей пострадавшим от подтоплений. При этом в публикациях его называют депутатом и чиновником, не упоминая, что дамбу эксплуатировал его винный завод.

Магомеду Садулаеву 65 лет. В советское время он окончил дагестанский политех и устроился заведующим спиртами на Дербентском соковом пункте. Уже в 1986-м он начал работать на том самом Дербентском заводе игристых вин. Семь лет он был в должности инженера-технолога. А в 90-е резко стал директором ДЗИВа. В после приватизации в 2004 году — владельцем.

Параллельно с бизнесом Садулаев занимается политикой и состоит в «Единой России». С 1999 года он состоит в Народном Собрании Дагестана, избирался туда депутатом он пять раз. Сейчас числится в комитете по аграрным вопросам, природопользованию, экологии и охране окружающей среды.

Давая комментарии по теме наводнения, Магомед Садулаев выразил соболезнования и слова поддержки всем пострадавшим. При этом от обслуживания водохранилища он косвенно открестился, но раскрыл некоторые подробности о причинах прорыва.

«Честно говоря, с 2015 года мы взяли, в аренду взял [водохранилище], у нас есть подразделения, с которыми мы связаны. [Там] часть наших финансов, в основном финансы ДЗИВ-2, у них свои акционеры, свой там генеральный директор, свой бухгалтер — практически полностью свой цикл работы. Но они нам виноград сдают. И все финансы мы, естественно, получаем и финансовые вопросы с ними решаем. И в аренду была взята плотина».

По словам Садулаева, плотина была застрахована, а все предостережения Ростехнадзора ДЗИВ-2 выполнял и решал. Поэтому основной причиной прорыва он называет природный катаклизм.

Помимо этого, Садулаев заявил, что на речке было еще несколько дамб, которые построили незаконно. Их владельцев винодел не назвал, но сказал, что писал обращения и просил убрать эти строения. По его словам, вода с незаконных плотин пошла в Геджухское водохранилище. На онлайн-картах MSK1.RU таких сооружений не обнаружили.

Бизнесмен настаивает, что, когда ситуация стала критичной, был собран штаб из главы района, начальника МВД, министра МЧС и всех профильных органов. Благодаря этому людей из Мамедкалы и соседних поселков успели эвакуировать.

«Мы всех, кого могли, естественно, эвакуировали. Практически всех. Были некоторые, кто: „Нет, мы не уйдем, нас не коснется“. Я даже думал делать дополнительный проход [чтобы немного спустить воду], предложил ДЗИВ-2, отправил туда технику. В категорической форме сказали: „Нельзя. Мы чуть-чуть сделаем — вся вода хлынет“. Поэтому вот так это всё произошло. В большей степени это природные катаклизмы».

По словам местных, в Геджухском водохранилище устроили рыбохозяйство. Такой вывод сделали люди из затопленных поселков, которые, вернувшись в разрушенные дома, увидели в воде огромных осетров. Сразу родилась версия: владельцы на днях запустили мальков и не хотели спускать воду из плотины. Как заявили местные власти, никаких признаков разведения рыбы при проверке дамбы не нашли.

«Хоть для чего ты эту дамбу используй — хоть для разведения рыб, хоть для купания. Всё равно самое главное — должны быть устройства, которые позволяют сбрасывать воду при критической ситуации, — считает гидролог. — Вы думаете, эту дамбу не обследовали? Обследовали и выдавали рекомендации по ремонту. Но, видимо, решили собственники, что это всё подождет. Ну вот и подождали. Нельзя сказать, что там совсем полная бесхозяйственность, но, видимо, она всё-таки есть».

Спустя неделю после прорыва плотины стало известно, что следователи задержали бывшего генерального директора компании, которая эксплуатировала рухнувшую дамбу. Подробностей дела не привели. Так же как не сообщили, чем закончилось задержание.

А вот инженера ДЗИВ-2, который отвечал за эксплуатацию водохранилища, арестовали в Советском суде Махачкалы. Дело возбудили по ч. 3 ст. 216 (нарушение правил безопасности при ведении строительных или иных работ, повлекшие по неосторожности смерть двух и более лиц) и ст. 246 УК РФ (нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ, повлекшее существенный вред природе или здоровью людей).

«У нас система любит очень быстро находить виновных, вот таких вот, — высказался в разговоре с MSK1.RU журналист и политолог Андрей Гусий. — Я, может быть, выражусь грубо, но я выражусь честно. Это простой работяга на зарплате, который к бюджету не имеет никакого отношения, который, скорее всего, подавал тысячу один документ и писал там условные записки, докладные и прочее. Я надеюсь, разберутся следователи».

Не только деревни оказались не готовы к подтоплениям, но и столица региона — Махачкала. В городе затопило подвалы, первые этажи, пострадали и коммерческие помещения.

Вода обнажила то, на что городские власти годами закрывали глаза, — отсутствие грамотного городского планирования, землепользования, ливневой канализации. Как говорят эксперты, в столице на протяжении последних 20–25 лет идет массовое несанкционированное строительство, в том числе жилых домов.

«Основная причина — это, конечно, дожди, которые выпали довольно интенсивно и охватили большую территорию, — перечисляет слабые места гидролог Михаил Болгов. — Отсутствие ливневой канализации, дренажных систем, незаконная застройка, отсутствие систем предупреждения, отсутствие генеральных планов с соответствующими техническими оценками зон затопления».

Памятником незаконной застройки стал многоквартирный дом на улице Перова. Здание, построенное на краю оврага, прямо у реки, в считаные минуты ушло с обрыва. Из земли так и торчит «полулежащий» фасад дома, больше здесь никто жить не будет. Соседние многоэтажки тоже расселены: они под угрозой обрушения, вода обнажила бетонные сваи.

«Такие дома строят — с бухты-барахты. Увидят кусочек земли и строят. Государство им позволяет. А народ покупает, потому что у них дешево, — объяснил Шамсудин, таксист, который живет неподалеку от рухнувшей многоэтажки. — В итоге народ страдает потом».

Помимо этого многоквартирника, в овраге есть десяток домов-нелегалов. Это частная застройка прямо на берегу реки Тарнаирки. Семьи, целые поколения жили здесь не один десяток лет, а бросили жилье вместе с вещами.

Сейчас по факту разрушения многоквартирного дома возбуждено уголовное дело по статье «Халатность». Судить будут сотрудников администрации, не принявших меры, когда фундамент дома размыло.

В этом районе Махачкалы законно возведена вообще только пара советских панелек, рассказала нам Зухра — адвокат, которая заехала посмотреть, что осталось от района, в котором она провела свою юность.

Еще одна проблема, из-за которой утонула Махачкала, — ливневки. Хаотичная застройка в том числе повлияла на сужение русел рек, дренажных каналов, что во многом повлияло на пропускную способность ливневок.

«Стихийное строительство перекрывает естественные водостоки, растет доля водонепроницаемых поверхностей, про ливневую канализацию в этом случае часто просто забывают. Прибавьте к этому сложный ландшафт. В совокупности эти факторы привели к трагедии», — обозначил глава Дагестана Сергей Меликов Владимиру Путину.

Местные власти потратили более полумиллиарда рублей на обновление канализации в Дагестане за последние несколько лет. Один из последних таких контрактов был заключен в 2023 году между управлением жилищно-коммунального хозяйства Махачкалы и ООО «Спецремстроймонтаж». Цена договора на проведение работ превысила 52 миллиона.

Также в 2022 году был контракт на 512 миллионов рублей. Городские власти договорились о ремонте ливневки на улицах Лаптиева, Азизова, Бейбулатова и проспекте Петра I. Однако сделка была расторгнута.

Как раз из-за этого контракта задержали начальника и главного специалиста управления ЖКХ города Махачкалы. Им вменяют хищение более 40 млн рублей, предназначенных на капитальный ремонт ливневой канализации города.

По версии следствия, чиновники организовали схему хищения части из 417 млн рублей, перечисленных в 2022 году по контракту с подрядной организацией на ремонт ливневых сетей.

Судя по району Редукторный в Махачкале, здесь ливневок нет. Территории буквально смыло мощным потоком грязи и воды. Посреди района — канава. Местные рассказали, как во время потопа в нее течением снесло грузовик. В русле скопился мусор: обломанные ветки, пластик, бытовые предметы.

Квартиру Гамзата затопило 28 марта. Теперь нужно менять всё: мебель, одежду. Больнее всего расставаться с кухней. Ведь цены на гарнитур зашкаливают.

«МЧС не приезжало. У нас здесь в Дагестане, чтобы в МЧС устроиться, миллион просят, а потом говорят, людей не хватает», — рассказывает Гамзат.

Гамзат пока только убирает последствия: разгребает вещи, отмывает стены, полы. Но скоро ему предстоит капитально отремонтировать квартиру. Как признается сам мужчина, при нынешнем уровне инфляции посчитать затраты пока трудно. Смета звучит как приговор. К тому же есть ли гарантии, что осадки вновь не затопят жилье? Исправят ли городские власти ошибки?

Уборкой в Махачкале занимаются сами горожане. На улицах столицы Дагестана не видно ни одного дворника или сотрудника коммунальных служб. Жильцы домов с ведрами и лопатами вычищают дворы. На наши вопросы о работе коммунальных служб у местных была неоднозначная реакция. Многие были удивлены вопросу настолько, будто таких работников в городе никогда и не было.

«У нас затопило подвал и двор. Сейчас убираем сами потихоньку», — говорит житель города Эльман.

«Вы сами убираете?» — спрашивает корреспондент MSK1.RU.

«А кто это делать будет?» — парирует ей местный.

«Службы городские», — отвечает журналистка.

«Да зачем они нужны?» — смеется мужчина.

Выкачивать воду, очищать дворы и квартиры от грязи помогают волонтеры. Они группами приезжают в дома стариков и к многодетным семьям.

Владельцы магазинов сами пригоняют тяжелую технику, чтобы вывозить мусор и грязь. Хозяин местного крупного ТЦ Казбек даже не может посчитать свой ущерб. Подвал с дорогой итальянской брендовой посудой залило водой. Теперь всё, что было внутри, стало мусором.

Казбек остался со своей проблемой один на один. Ни одна государственная служба не заехала к ним оценить ущерб, узнать, нужна ли помощь. Рабочих бизнесмен нанял за свой счет, платит по 2,5 тысячи рублей в день, а их тут трудится порядка 50 человек.

«Этого можно было избежать. Вопрос — максимум 3–4 млн рублей, если бы администрация города потратилась и сделала под трассой мостик. И всё, в Редукторном поселке ни капли воды не было бы. Я предлагал, писал обращения. Неужели нельзя было там мост сделать?» — говорит разъяренный предприниматель.

Работа чиновников и профильных ведомств вызывает вопросы у народа Дагестана. Люди из Дербентского района, Махачкалы все как один заявляют, что ни МЧС, ни чиновники не оказали им должной помощи. Об этом говорят и внушительные потери: 6 человек погибли, более 15 тысяч пострадали.

«Депутатский корпус абсолютно никак себя не проявил, — обозначил политолог Андрей Гусий. — Второй раз за два года (Анапа и Дагестан) я вижу, как очень медленно включается МЧС. Это федеральное ведомство, есть численность, она считается по каждому региону. Почему дополнительные группировки не перебрасывают, когда не хватает людей? Это тоже можно было объяснить достаточно легко людям».

Это не первая чрезвычайная ситуация в Дагестане. Весной прошлого года в Махачкале произошел мощный взрыв газа в многоквартирном доме. Тогда правоохранители выяснили, что здание не было официально введено в эксплуатацию и возводилось без разрешения. Хотя люди там жили.

Директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев считает: выводы региональные власти вряд ли сделают и в этот раз. Вопрос лежит гораздо глубже.

«В республике есть проблема кланово-национальных структур. Один родственник будет отвечать за строительство, другой — за разрешение, третий — за транспорт. Это воспринимается как норма, — обозначил директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев. — Эту систему можно сломать, боюсь, только тотальной диктатурой. Но надо ли нам это? Не окажется ли лекарство страшнее болезни?»

Изменений в Дагестане простые люди, кажется, и не ждут. Свыклись с этой реальностью и уповают только на Бога.

«Жалко, обидно, скорбно. Все в шоковом состоянии, но у нас по вере нельзя унывать, — объясняет Зухра из Махачкалы. — Это просто испытание. Главное, чтобы все живы-здоровы были. У нас в Махачкале, слава Аллаху, люди успели выйти. Дом достроим, машину купим. Руки-ноги есть. Чем можем помогаем, чем могут нам помогают. Мы не из такого выкарабкивались».