«Юлий, Юлий, зачем мы тебя отпустили?!» Почему улицу в Воронеже назвали именем литовского поэта, раздавленного поездом

В Юго-Западном микрорайоне Советского района Воронежа расположилась небольшая улица Юлюса Янониса. Она пролегает в частном секторе и носит имя литовского поэта, который прожил всего 21 год, но успел стать основоположником пролетарской поэзии Литвы. О том, как молодой революционер оказался в нашем городе и как его имя попало на карту Воронежа — в очередном материале рубрики «Где эта улица?».

Юлюс Янонис родился 5 апреля 1896 года в деревне Бержиняй на территории современной Литвы, в крестьянской семье. С 1906 по 1913 год учился в школе в Биржае, затем поступил в Шавельскую мужскую гимназию. Уже в школьные годы он увлёкся литературой — записывал фольклор, публиковал первые стихи в молодёжном журнале.

Но вскоре литература отошла на второй план. Янонис познакомился с марксистскими идеями и в 1913 году вступил в подпольный кружок.

Началась Первая мировая война, и в августе 1915 года гимназию, в которой учился Янонис, эвакуировали из Литвы в Воронеж. Литовский поэт продолжил учебу в гимназии на Большой Дворянской улице (сегодня — проспект Революции).

Всего в Воронеже оказалось около восьмисот учащихся-литовцев из мужской и женской гимназий, а также учительской семинарии. Янонис быстро включился в местную общественную жизнь. Он организовал кружок молодёжи, стоящей на большевистских позициях, и стал издавать рукописный литературный журнал «Атжалос» («Побеги»), где публиковал свои статьи и стихи.

Поэт изучал труды Маркса, Энгельса, Ленина, добывал нелегальную литературу. Для подпольного журнала на русском языке Янонис написал стихотворение «Поэт»:

Поэт не жрец, курящий фимиам

И шепчущий в ночной тиши молитву,

Поэт — трубач, зовущий войско в битву,

И прежде всех идущий в битву сам.

Гимназическое начальство не одобряло большевистских пристрастий Янониса. Как вспоминал белорусский академик Виталис Сербента об одном из обысков, свидетелем которым он стал, инспектор гимназии и его помощник нашли в комнате Юлюса «Капитал» Маркса, книги Канта, Энгельса, Ленина. Когда они спросили Янониса, кто читает это, он спокойно ответил: «Я». Преподаватели, глубоко религиозные люди, вышли из комнаты и стали креститься. Этот жест был своего рода защитной реакцией: они будто отгоняли беса и пытались защитить себя от тех идей, которые несли в себе эти книги и которые особо порицало духовенство России в те годы.

«И это люди с высшим образованием! — усмехнулся Янонис товарищу. — Они готовы сжечь эти книги и нас вместе с ними на костре».

Но не страх за свое будущее заставил его покинуть Воронеж. Янонис рвался в столицу, в самую гущу событий и в январе 1916 года уехал в Петроград.

Там Янонис стал активным деятелем большевистской партии. Он вступил в РСДРП(б) в 1916 году, работал корректором в редакции литовской газеты «Теса» («Правда»), был секретарём литовского райкома партии. Его дважды арестовывали — в декабре 1916 и феврале 1917 года — и заключали в тюрьму. После Февральской революции его освободили.

Затем юный поэт тяжело заболел туберкулёзом. Болезнь прогрессировала, но Янонис продолжал работать. 30 мая 1917 года, в Царском Селе, измученный приступами болезни, он попал под поезд. Ему был 21 год.

Воронежские друзья написали: «Юлий, Юлий, зачем мы тебя отпустили? Здесь ты сделал бы меньше, но, может, нам удалось бы сберечь тебя».

Немногочисленные стихи Янониса не были забыты. В 1918 году в Воронеже вышел его первый сборник «Eilės» («Стихи»), ставший основой литовской революционной лирики. Янонис переводил Пушкина и Кольцова на литовский, сам писал стихи на русском языке под псевдонимами Юлий Литвин, Kukutis и другими.

В 1981 году в Воронежской школе № 73 открылся музей литовской культуры имени Юлюса Янониса. А в 1985 году на здании бывшей гимназии (сегодня — театр кукол «Шут» на проспекте Революции) установили мемориальную доску в память о поэте.

Спустя многие годы после смерти Юлюса Янониса прозвали «факельным сердцем» — из-за его пламенной революционной поэзии и яркого, горячего характера. Образ закрепился благодаря воронежской писательнице Ольге Кретовой, которая назвала так свою документальную повесть о поэте 1988 года. Правда, вряд ли хоть кто-то сейчас вспомнит хоть одно стихотворение Янониса. Да и улица его имени в Воронеже, судя по всему, появилась исключительно как символ советского принципа дружбы народов.