«Ощущения, будто оказался в фильме про зомби-апокалипсис». Как авария в Чернобыле затронула воронежцев и что запомнилось ликвидаторам

Чернобыль… Слово, наполненное горем и болью для многих людей на постсоветском пространстве. Станция, которая должна была стать одной из ведущих в Стране Советов, оказалась одним из символов ее заката. О том, как связана чернобыльская катастрофа с Воронежской областью, — в материале Voronezh1.ru.

Авария на Чернобыльской АЭС произошла в ночь на 26 апреля 1986 года (в 01:23) и привела к выбросу огромного количества радиоактивных веществ. Взорвался ядерный реактор 4-го энергоблока рядом с городом Припятью Киевской области. Смертоносное облако прошло и над территорией Воронежской области, вызвав выпадение радиоактивных осадков, преимущественно цезия-137. Это один из самых опасных радионуклидов: период полураспада — 30 лет, накапливается в растениях, попадает в продукты и быстро всасывается в желудочно-кишечном тракте. Хотя наш регион и удален от эпицентра (до Воронежа по прямой — порядка 630 км), загрязнение признали существенным для ряда районов.

В результате аварии на ЧАЭС пострадали Аннинский, Верхнехавский, Нижнедевицкий, Ольховатский, Острогожский, Панинский, Репьевский и Хохольский районы — считай, каждый четвертый муниципалитет. В Распоряжении Правительства РФ от 28.03.2023 N 745-р «Об утверждении перечня населенных пунктов, находящихся в границах зон радиоактивного загрязнения вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» в Воронежской области их перечислено 72 в разных муниципалитетах — в разделе «Зона проживания с льготным социально-экономическим статусом». Наиболее высокий уровень загрязнения зафиксировали в селе Петренково в Острогожском районе — до Воронежа по прямой около ста километров. В воронежском управлении Роспотребнадзора его выбрали показательным для постоянного радиационного мониторинга в регионе.

Однако, несмотря на официальный статус «загрязненных», радиационную обстановку на этих территориях санитарные врачи сейчас оценивают как стабильную и безопасную. Уровень облучения населения здесь составляет от 0,05 до 0,12 мЗв/год, что значительно ниже 1 мЗв/год, при которых, согласно нормам, требуется вмешательство (этот порог определен в Нормах радиационной безопасности (НРБ-99/2009)). Люди могут проживать здесь без ограничений, вести хозяйственную деятельность.

Жители Воронежской области, как и многие граждане СССР, внесли значительный вклад в работу по ликвидации последствий аварии, которая проводилась в 1986–1990 годах.

Всего в ликвидации приняли участие около 3,5 тысячи наших земляков. Сейчас в Воронежской области проживают 2069 участников ликвидации, согласно официальным данным регионального Минздрава.

Среди ликвидаторов были представители самых разных профессий. Так, в 1987 году группу четырех пожарных из части по охране Нововоронежской АЭС направили в Чернобыль. Также известны случаи участия военных летчиков и медиков, которые, рискуя жизнью, выполняли свой долг. В числе ликвидаторов — руководитель областного Гидрометцентра Александр Сушков, почетный житель Каширского района и экс-заместитель директора Нововоронежской АЭС Юлий Меремьянин, мостостроитель Александр Болдырев из Репьевского района.

Один из ликвидаторов — Альберт Стягов из Ельца Липецкой области — поделился с корреспондентом Voronezh1.ru воспоминаниями об участии в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Сейчас ему 61 года. Когда случилась ядерная катастрофа, был всего 21.

— Альберт Иванович, расскажите, как вы стали ликвидатором?

— В июне 1986 года я окончил Харьковское высшее военное училище тыла МВД СССР, куда поступил в 1982-м. По распределению меня направили в войсковую часть внутренних войск МВД в Киеве. Я попал в оперативный полк, который на тот момент уже принимал участие в ликвидации последствий аварии — с первых часов.

— Что входило в ваши задачи?

— В зону отчуждения меня отправили в августе, я занимался охраной станции, а также 10- и 30-километровых зон отчуждения. В мои задачи входило в том числе противодействие мародерству. Я был заместителем начальника продовольственной службы, кроме охраны мы налаживали снабжение и питание военнослужащих. Моя часть пробыла в зоне отчуждения с августа 1986 по август 1987 года. Потом меня перевели в другое место.

— Какой участок чернобыльской зоны отчуждения вы охраняли?

— Мне довелось побывать и на самой станции, и в Припяти, и в Чернобыле. Когда людей эвакуировали, им говорили брать с собой только самое необходимое и обещали, что они вернутся домой через несколько дней. Жители Припяти и близлежащих населенных пунктов еще не знали, что уже никогда не вернутся сюда.

— Перед отправкой вам говорили, куда вы поедете? Предупреждали ли о радиации и проводили ли специальную подготовку?

— Нас сразу ввели в курс дела, о радиации было известно. Нас снабжали индивидуальными дозиметрами, мы переодевались в одноразовую форму. Единственное, мы не знали, как бороться с радиацией, поскольку такая катастрофа случилась впервые в мире. Однако стоит отметить, что сразу после аварии на ЧАЭС большую часть радиоактивных веществ выбросило в воздух и разнесло на большие расстояния в сторону Белоруссии, России и Европы. При этом в самой зоне отчуждения были незараженные участки, где не было радиации, например поселок Максимовичи, где располагался батальон солдат. При этом за пределами неотселенной 30-километровой зоны встречались радиоактивные участки.

— Отразилось ли участие в ликвидации на здоровье?

— Сложно сказать. Некоторых из моих сослуживцев-ликвидаторов уже давно нет в живых. Сильнее всего пострадали первые пожарные, которые тушили горящий энергоблок в первые часы аварии. Все они умерли в течение нескольких недель или месяцев после катастрофы.

— Радиацию невозможно увидеть. Можно ли как-то определить радиационное заражение без специальных приборов?

— Можно. Характерным признаком такого заражения будет ощущение перца в горле. Потом першение уменьшается, но затем снова увеличивается. Это может говорить об облучении. Войска считаются небоеспособными при разовом облучении фоном в 50 рентген в час. Официально я получил накопительную дозу в 44 рентгена, а сколько на самом деле, неизвестно. Раньше измерительные приборы были не такие точные, как сейчас.

— Что поразило вас в Чернобыле сильнее всего?

— Пустота. Все города и деревни выселили, едешь по ним, а вокруг никого нет, кроме сотрудников милиции и военных. Ощущения, будто оказался в фильме про зомби-апокалипсис или какую-то эпидемию. Природа красивая, но вокруг никого нет, лишь заброшенные дома.

Государство до сих пор продолжает оказывать масштабную соцподдержку гражданам, пострадавшим от чернобыльской катастрофы. Так, согласно данным областного отделения СФР, помощь получают 25,7 тысячи жителей Воронежской области, среди которых ликвидаторы аварии, инвалиды вследствие радиационного воздействия, эвакуированные (около 400 человек), а также люди, проживающие на загрязненных территориях.

Среди мер поддержки:

• дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 14 календарных дней;

• внеочередное обслуживание в лечебно-профилактических учреждениях и аптеках;

• ежегодная диспансеризация (в 2025 году ее прошли 1768 участников ликвидации);

• льготы, в том числе на оплату жилья и коммунальных услуг (скидка 50% в пределах социальных норм), однократное внеочередное получение жилья при признании нуждающимся;

• ежемесячная компенсация ликвидаторам, получившим из-за воздействия радиации III группу инвалидности, — 1 тысяча рублей, II группу — 2,5 тысячи, I группу — 5 тысяч.

Для координации помощи с 1993 года на базе Воронежской областной клинической больницы № 1 работает специализированный центр по обследованию и диспансеризации пострадавших.

Память о подвиге ликвидаторов увековечена в регионе несколькими мемориалами и регулярными мероприятиями.

Мемориальный комплекс в Первомайском саду в Воронеже открыли 26 апреля 2000 года. Он представляет собой каменные глыбы с мемориальной плитой «Это мы, слышишь, Господи, мы, те, кто спасал землю в том апреле» и часовней. Рядом находится памятный камень, установленный в 2001 году.

Ежегодно здесь проходят траурные церемонии возложения цветов и венков с участием властей, общественных организаций (включая областную организацию «Союз „Чернобыль“») и жителей.

Еще один мемориал — БТР на постаменте из каменных глыб, он появился в Нововоронежском пожарном отряде совсем недавно. Его открыли в апреле 2026 года к 40-летию трагедии. В его основе — бронетранспортер БТР-70, который использовался для перевозки ликвидаторов в зону отчуждения.

Третий памятный знак открыли в Калаче в 2006 году. Он сооружен по инициативе местной общественной организации «Чернобылец».