В Воронеже 11-летнему мальчику, которого покусали бродячие собаки, присудили компенсацию: советы адвоката, как её добиться

Что и требовалось доказать: бродячие псы в Воронеже не просто есть — они есть в официально запрещённых местах и кусают людей. Это доказали прокуроры Левобережного района. Они отсудили у управы компенсацию морального вреда для 11-летнего мальчика, на которого собачули набросились в июне — на детской площадке гимназии имени Платонова на набережной Авиастроителей. Деньги невеликие — 50 тысяч рублей. Но этому парнишке повезло, всё обошлось без тяжёлых последствий — хотя были и прививки от бешенства, и стресс. Принципиален сам факт.

Видео, как стая бездомных псов набрасывается ребёнка на игровой площадке, появилось в соцсетях 17 июня. На первый взгляд может показаться, что мальчика не укусили. Но во-первых, бродячих псов не должно быть на детских площадках (то, что их в целом не должно быть на улицах среди людей, оставим за рамками). Во-вторых, по данным прокуратуры, укусы были. В-третьих — на том месте это не первый случай, когда дикие собаки бросались на людей.

В городском управлении экологии тогда, как водится, объявили, что собак изловят. В СКР, как водится, возбудили уголовное дело (об оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности) — и конечно, им не мог не заинтересоваться Александр Бастрыкин. Судьба дела, как водится, до сих пор не известна — такие дела, по нападениям бродячих собак на людей, у нас имеют свойство растворяться. Хоть что-то пока сделали только прокуроры. По хронологии из картотеки суда, иск к Левобережной управе они подали уже 1 июля, вместе с ними истцом шла женщина — возможно, мама пострадавшего мальчика. Судья Андрей Петренко в процессе привлёк третьим лицом городское управление экологии, и 26 сентября — решение в пользу ребёнка. Спорить чиновники не стали — решение вступило в законную силу.

Здесь важно понять, кто в городе отвечает за отлов уличных стай. С 16 сентября, напомню, заниматься этим в Воронеже стал муниципальный приют. До тех пор — с 1 марта — временно занималась муниципальная контора «Зеленхоз». Так Voronezh1.ru объяснили в мэрии. А вот до «Зеленхоза» действовала система контрактов с подрядчиками, которые заключали управы. И по идее, судиться о июньском ЧП следовало с муниципальным «Зеленхозом» — он же тогда был в ответе. Однако.

По данным системы «Госзакупки», 25 февраля глава Левобережной управы Вадим Башилов подписал контракт на отлов уличных стай с бессменным подрядчиком — ИП Саунина Наталия Анатольевна — сроком до 1 апреля на сумму 583 тысячи рублей. Больше полумиллиона на бродячих псов — на месяц с небольшим. Но дело даже не в этом. Сотрудничество с ИП продолжалось до июля, хотя ловить собак в это время уже должен был «Зеленхоз»: последний расчёт прошёл 22-го числа, и стороны разошлись, расторгнув контракт по соглашению. Подрядчику, кстати, пришлось даже переплатить — на 1 тысячу 943 рубля: работы-то невпроворот.

То, что в программу ОСВВ заложены высокие товарно-денежные отношения, ясно давно. Как мне честно рассказали в мэрии, сейчас в приютах двух бывших отловщиков (ИП Саунина и ИП Вязьмин Юрий Александрович) живут порядка 150 из 400 агрессивных псов, которых решили от греха подальше на улицу не выпускать, но в муниципальном приюте они не поместились. На одного такого четвероногого дружка нужно 536 рублей в сутки, на 150 штук, соответственно, 80,4 тысячи — это, повторюсь, в день. Однако контрактов с этими ИП я не нашла ни по линии управ, ни по линии муниципального приюта. И как эта райская жизнь финансируется, уже вторую неделю пытаюсь у администрации выяснить. Как и то, в какой мере управы сейчас отвечают за уличных псов. Впрочем, адвокат Евгений Ермилов на этот счёт рассудил логично:

— Судебная практика исходила и исходит из того, что ответственность за вред, причинённый безнадзорными животными, несёт муниципалитет. В случае Воронежа — администрация городского округа в лице какой-то структуры, которая отвечает за отлов собак. Если сейчас управы не заключают контракты, то я бы предъявлял гражданский иск напрямую к администрации. Наличие муниципального питомника, напрямую занимающегося отловом, не снимает с мэрии ответственность. Если только этому питомнику не переданы именно муниципальные функции по контролю за безнадзорными животными. Но здесь нужно смотреть его устав и положение. Поэтому можно предъявлять иск о компенсации морального вреда к мэрии, а суд уже разберётся. Предъявлять следует в районный суд либо по месту жительства пострадавшего, либо по месту нахождения мэрии — в Центральный. Нужно указывать обстоятельства происшествия и размер морального вреда, который необходимо взыскать, исходя из тяжести телесных повреждений. Обязательно нужно сохранить все справки, чеки о расходах на лекарства, и хорошо бы заручиться фото- и видео-подтверждениями и найти очевидцев происшествия.

Что касается районов области, то там по-прежнему действует система контрактов, и судиться в случае чего надо с администрацией своего муниципалитета (города, сельского поселения и т. п.). Напомню, с 2021-го года до сентября нынешнего компенсации у управ в Воронеже на общую сумму 2 миллиона с копейками отсудили 23 воронежца, которых едва не съели бродячие собаки.