«Ушли, совершив свой последний подвиг». Пилоты «Русских Витязей» погибли во время полета — один из них служил в Воронежской области

Всемирно известная авиационная группа высшего пилотажа «Русские Витязи» 29 октября сообщила о гибели своих летчиков — полковника Олега Ерофеева и подполковника Владимира Кочетова. Сегодня девятый день после трагедии — она произошла 21-го, на аэродроме «витязей» в подмосковной Кубинке, во время учебно-тренировочного полета.

Полковнику Ерофееву было 52 года. Замначальника Центра показа авиационной техники, Заслуженный военный лётчик, военный летчик-снайпер. Родом из молдавского Тирасполя, выпускник легендарного Качинского высшего военного авиационного училища летчиков им. А. Ф. Мясникова, ныне уже расформированного. Но у Олега Ивановича есть связи с воронежской землей — он проходил службу в Борисоглебском центре переучивания летного состава. На авиабазе в Кубинке прослужил 28 лет, из них 23 — в основном составе «Русских Витязей». Налетал 3300 часов на Як-52, Л-39, Миг-29, Су-27, Су-30СМ, Су-35С. В биографии полковника на сайте группы особенно отмечается, что свободное время полковник Ерофеев посвящал семье — у него супруга и трое сыновей. Кроме самолетов, любил футбол.

Подполковник Кочетов — старший лётчик-инспектор службы безопасности полётов Центра показа авиационной техники, военный лётчик 1 класса. Родом из Читинской области, «штурвальные» азы постигал в Краснодарском высшем военном авиационном училище летчиков. На Л-39, МиГ-29, Су-27, Су-30СМ, Су-35С налетал 1500 часов. В Кубинке прослужил 16 лет, 12 из них — в рядах «витязей». Кроме страсти к самолетам, имел Владимир Геннадьевич ещё одну — экстремальный спорт. Ему было всего 40.

Как произошла трагедия, неизвестно. Сослуживцы в прощальной речи в группе «Русских Витязей» во ВКонтакте вспоминают, что тот день — 21 октября — начинался прекрасно. Ребята готовились к выполнению задач по плановой таблице полетов, Володя готовил свой фирменный завтрак — побольше лука, чтобы товарищи не болели:

«Обычная рабочая обстановка, шутки и предвкушение полётов. Погода стояла миллион на миллион (…) никто не был готов к тому, что нас ждёт…»

А последок — не по-военному простые, сердечные слова как напутствие друг другу: «Там, где они сейчас, ограничений больше нет. Они ушли в свой последний полёт, совершив свой последний подвиг. И мы верим, что он будет оценён по достоинству. Ребята, будем жить!».