«Он был настоящим демоном». Муж-тиран зарезал жену и покончил с собой из-за ревности в Воронежской области

«Хрупкая, маленькая, трудолюбивая, ответственная, всегда улыбалась и была приветлива. Наверное, слишком хороша для этого мира» — Лену Гатаеву* в Семилуках знали многие. Семейный бизнес, которым официально владел муж Алан, процветал: сначала была одна мясная лавка в родном городке — Лена работала там продавцом, потом открыли точку в Воронеже. Ей 37, он на год старше — молодые, энергии через край. Лена, говорят знакомые, была невероятно приветливой и светлой, а ещё — умной и по факту сама вела все торговые дела…

Да, была, вела, открыли и т. п. — всё в прошедшем времени. 5 апреля Лену жестоко убили — дома, несколькими ударами ножа. А Алана нашли мёртвым на заброшенной АЗС с признаками самоубийства. В версии местных две трагедии сходятся в одну чудовищную: Алан убил Лену, после чего убил себя, причина — звериная ревность. «Он был настоящим демоном», — сухо объяснила мне одна из местных жительниц, знавшая семью. Другая назвала его просто «чудовищем».

В областном Следственном комитете официальные комментарии сдержанные: по факту убийства женщины расследуется уголовное дело, по факту смерти мужчины идёт процессуальная проверка. Но собственный источник в правоохранительных структурах региона версию семилукцев мне подтвердил, а в окружении семьи рассказали: этот исход — если теперь отбросить эмоции и всё проанализировать — был предсказуем. Алан — типичный представитель мужей-тиранов, Лена — жена-жертва, но. Лена оказалась сильной и после 12 лет жизни в кошмаре решилась на развод.

— Мужа её я очень редко видела, — рассказывает одна из подруг. — А если и видела… Он не особо общительный — всегда строгий взгляд был. Насколько я знаю, проблемы у него были с алкоголем, любил выпить и погулять по другим девушкам. Про побои ничего не знаю, но ругались часто — Лена совсем не конфликтная, просто ревновал страшно. Как потом уже сказала её сменщица, она даже в соцсетях не сидела, потому что Алан ей запретил. Ни себе ни людям, называется… Много раз она хотела уйти от него.  Но, думаю он умел её чем-то вернуть, раз прощала всё так быстро. Детей у них совместных не было, а она очень хотела деток. Мы ещё ей с продавцом вторым говорили в шутку — мол, бывает такое: живут и не получается деток завести — надо мужа менять. Лена всегда была весёлая, отзывчивая — лучик света. Из-за этого в их мясную лавку много приходило людей за покупками…

Сам Алан в том же «ВКонтакте» был, но профиль закрыт наглухо. В Семилуках говорят теперь, якобы в последнее время у него к алкоголю добавились наркотики — возможно, это и стало последней каплей, после которой Лена решилась на развод, и они даже поделили имущество до суда. Из их магазина в Семилуках ушла в точку в Воронеже и, вроде как, уже особо и не жили Гатаевы вместе. Рассказывают, якобы недели за три до трагедии Алан приехал к Лене на работу в Воронеж, учинил скандал — даже полицию вызывали. А в день убийства…

По основной версии, Алан отобрал у Лены паспорт, она вернулась домой — за документами и вещами, чтобы уйти окончательно. Говорят, соседи слышали их ссору, слышали крики, когда Алан Лену убивал — никто не пошёл туда, не вызвал полицию, оправдываясь потом тем, что, мол, «там всегда был притон».

— В городе теперь разное обсуждают, — рассказывает подруга. — То перед тем, как покончить с собой после убийства Лены, он сам скорую вызвал, то позвонил её сестре — мол, Лене плохо, вызови скорую. Моё мнение: под наркотиками он не владел головой и поэтому так жестоко убил её. А потом, может, случился просвет в голове — что же сделал-то, и сам тоже… Очень жалко и её родных, и его родителей тоже — им горе двойное: они Лену очень любили. И я считаю, нельзя их винить: воспитали сына — дальше он сам пошёл по жизни.

Похоронили Лену и Алана на разных кладбищах. Могла ли она остаться жива, как переломить синдром жертвы семейного насилия в сознании не только самой женщины — общества в целом, и что тут должно делать государство? Наш разговор об этом с воронежским психологом читайте здесь.

*Персональные данные изменены.